Владимир Токарев, руководитель Отдела церковной благотворительности и социального служения Югорской епархии: «Церковь – это люди. И вместе мы – сила; вместе можно очень многое сделать». |
Епархия создана в декабре, Вы приехали в конце февраля, и стали руководителем отдела церковной благотворительности и социального служения. Этот отдел есть во всех епархиях? Да, конечно, этот отдел должен быть обязательно в каждой епархии, так как совершение добрых дел – это основная миссия Церкви. Так считает наш Патриарх: «Церковная социальная работа является неотъемлемой, органической частью исповедания веры. Если вера без дел, то она мертва, говорит апостол (см. Иак. 2:20); и если христианская община не совершает дела милосердия, значит, и она мертва».
А как было раньше? В храм стекались страждущие, больные, голодные? Раньше такая работа тоже велась. В сентябре я был в Москве на Общецерковном съезде, где Патриарх Московский и всея Руси Кирилл рассказывал об истории своей семьи. До гонения на Церковь социальное служение было развито широко. А когда начались гонения после Революции, социальное служение стало опасным. Сажали в тюрьму только за то, что человек был христианином. И вся забота Церкви постепенно стала ограничиваться лишь Богослужениями и требами. Многим людям до сих пор кажется, что Церковь только для этого и существует. Святейший Патриарх рассказывал нам, что его дед организовал службу по помощи семьям репрессированных священнослужителей, за что и получил очередной срок. Раньше дела, которые сейчас являются уделом благотворительных организаций, были задачей и делом Русской Православной Церкви. Да, в церкви кормили, привечали бездомных, и детей-подкидышей брали, и бомжей устраивали. Помню, видел по телевидению передачу, где рассказывали, что пионерская организация была копией скаутской – церковной детско-юношеской организации. Даже вот эта перекличка – Будь готов! Всегда готов! – это скаутское христианское приветствие. Скауты помогали пожилым, заботились о маленьких, выполняли много социальной работы. Когда Вы приехали, Вы были назначены руководителем отдела социального служения. Вам предстоит огромный труд. Почему выбор правящего архиерея пал на Вас? Наверное, потому, что до моей работы в Церкви я организовывал и проводил психологические тренинги. За 10 лет активной работы через меня прошло огромное количество реальных людей с их душевной болью, с их проблемами и заботами. Я организовывал эти занятия, и, надо сказать, они были весьма эффективными. Там я работал непосредственно, близко с людьми. Когда я пришел в храм, где Владыка был настоятелем, я сначала стал певчим хора, потом мне предложили преподавать в Воскресной школе, где помимо детей из обычных семей были воспитанники одного из иркутских интернатов. А потом…. Мне предложили поехать в Югорск. А тут, основываясь на Вашем опыте, Вам предложили заняться благотворительной и социальной работой. Да. Должен сказать, что сейчас практически везде сложилось мнение, что Церковь ничем, кроме молитвы помочь не может. Социальные службы сильно удивлялись, когда мы просили нам сообщить о том, какие у людей, живущих на территории Епархии, проблемы, в чем они остро нуждаются. Некоторые организации нам даже говорили: «Что вы, нам ничего не надо!» И мы объясняли, что Церковь может и хочет помогать людям в самых разных областях. И вот первый результат. В рамках готовящейся по епархии благотворительной акции «Дари радость на Рождество» из детских приютов, домов престарелых, реабилитационных центров наконец-то стали приходить отклики: нужны теплые вещи, книги, тренажеры, душевые кабины, пеленки. И? Что вы с этим заказом будете делать? Это не совсем заказ, это скорее насущные потребности. Что будем делать? А будем помогать, искать благотворителей, будем собирать помощь всем миром, обращаться к тем, кто может помощь. Для этого благотворительные акции и существуют. Ведь Церковь – это люди. А вместе мы – сила; вместе можно очень многое сделать. А один в поле не воин. А есть прецеденты в других епархиях? Конечно, есть. В разных епархиях церковные социальные службы работают уже достаточно давно и очень хорошо. Хорошо себя зарекомендовала Екатеринбургская епархия. В ХМАО, в Ханты-Мансийской епархии, есть центр по защите материнства и детства. Там беременным женщинам предоставляют кров, с ними работают специалисты. Все для того, чтобы они не брали на душу грех, не делали аборты. В Иркутской епархии работает Душепопечительский Православный Центр реабилитации во имя Святителя Иннокентия Иркутского для пострадавших от наркомании, алкоголизма и других видов зависимости. Когда Вы приехали, осмотрелись, прошло некоторое время. Выяснили ли, какие проблемы существуют в нашем регионе, в нашей Епархии. Да, пожалуй, то, что люди еще не имеют четкого понимания, что Церковь будет помогать во всем, что в Церкви есть благотворительность, социальное служение. А что конкретно Вы можете людям предложить? Какие у вас планы? У нас несколько направлений деятельности. Одно из них, очень важное – работа с неблагополучными подростками, детьми с девиантным поведением. Этим сейчас активно занимается иерей Виктор Шамрай, батюшка из пос. Светлый. Он приехал к нам из Украины, у него богатый опыт работы с детьми, он ездил по тюрьмам, там работал с неблагополучными подростками. Он разработал программу «Адаптация». И мы задействуем приходы, где не по одному священнику, чтобы осуществлять такую работу. Смысл работы – не в раздаче материальных подарков, а в объединении подростков на базе православного прихода, совместный досуг, вовлечение в совместную деятельность и контроль их занятости и поведения. Есть у нас противоабортная деятельность. В пос. Талинка иерей Эварест Нигамедьянов занят разработкой программы и организацией этой деятельности. Он уже выдвинул свои предложения. Мы сразу не замахиваемся на большой центр, но деятельность с малого все же начинается. В Нягани иерей Владимир Шумков курирует такое направление, как трезвенное просвещение. Это работа с алкоголиками и наркозависимыми. Сейчас большое внимание уделяется гуманитарному складу. Мы хотим его расширить, чтобы, в частности, защищать материнство и детство. Там должны быть все необходимые вещи и для будущих матерей, и для детей. И одежда, и пеленки, и памперсы, и гигиенические принадлежности. А что вы будете принимать в этот склад? Всё. Потребности у людей самые разные. Хочется помочь как можно большему количеству людей независимо от их вероисповедания. А в каком случае к Вам можно обратиться? Если человеку нужна одежда? Конечно! Пища? Да, конечно! А если нужен кров? Пока здесь крышу над головой предоставить у нас возможности нет, но в перспективе, я думаю, этот вопрос вполне решаем. В Белоярском благочинии, например, уже есть целый центр, где людям предоставляют кров и помощь. А если человеку нужны средства для лечения? Тоже примем, выслушаем, будем искать способы, пути, спонсоров, будем обращаться в инстанции, привлечем СМИ, интернет-ресурсы. Мы это все организуем, это наша работа, наша задача. Тогда давайте конкретно. Захотел человек со своей бедой к Вам обратиться. Куда ему идти? Куда звонить?
Ну что ж, благодарю за беседу. Остается только произнести фразу, которая уже не выглядит тривиально: «Спасибо, что вы есть!» |